У каждого свой «черный человек»,
Он проникает ночью через двери
И даже если ты в него не веришь,
Он рядом, вездесущий имярек.
Он оживает на пустых листах
И оставляет рваных строчек шрамы.
Начало и конец грядущей драмы,
Той, от которой только стук в висках.
В плену у сотен масок и зеркал
Мелькает он, как будто отраженье.
Вино допито и разбит бокал,
Меняет всё игра воображенья.